Главная Форум Доклады Книги Источники Фильмы Журнал Разное Обратная связь

Другие проекты

Учителю истории


Великая Тишина и ее роль в истории Северо-Восточной Руси

Введение

А) Актуальность темы

Периоду в истории нашей страны, который в русских летописях назван Великой Тишиной (1328-1368 г.г.), исследователями уделялось незаслуженно мало внимания, тогда как он сыграл исключительно важную роль в становлении Северо-Восточной Руси. Именно этим обуславливается привлекательность данной темы.

События почти 7-ми вековой давности не потеряли своей актуальности и сейчас. Можно провести аналогию между экономической стабильностью Великой Тишины и быстрым экономическим ростом в современной России.

После опустошительных татаро-монгольских набегов 1-ой половины 13 века – начала 14 века культурная жизнь русского народа была в упадке. Ее возрождение относится именно к периоду внешнеполитического спокойствия. В связи с этим как не вспомнить приход к власти в России людей, желавших ее разрушения (речь идет о 1917-м годе). Сейчас, после падения социалистического строя, духовная жизнь русского народа (в которую входит и культура) получила возможность свободно развиваться.

К периоду Великой Тишины относится активизация политических связей Северо-Восточной Руси, определенные аналогии  мы находим и в попытках современной России вернуть себе на внешнеполитической арене былое значение.

Б) Постановка проблемы

Наименование периода «от Федорчюковой рати до Ольгердовы» (С.Л. л. 200) «Великой Тишиной» мы находим еще в Рогожском Летописце и Никоновской летописи.

Так как мы не встретили в научной литературе строгого определения этого периода (поскольку он не являлся предметом специальных исследований), то мы предлагаем использовать термин «Великая Тишина» со следующим значением: период в истории Северо-Восточной Руси, который характеризуется временным внешнеполитическим спокойствием, возрождением культуры, стабилизацией социально-экономических отношений и значительным ростом тенденций к объединению разрозненных княжеств.

Здесь же следует определить, для избежания двусмысленности, границы Северо-Восточной Руси. Вслед за Кучкиным, мы под термином Северо-Восточная Русь будем понимать «ту конкретную, сравнительно компактную территория с центром в Волго-Окском Междуречье, которой владели в определенные хронологические периоды Юрий Долгорукий или его потомство»  В своей монографии он рассматривает следующие княжества, которые в XIX веке входили в состав Северо-Восточной Руси: Великое княжество Владимирское, княжество Тверское, княжества Суздальское и Нижегородское, Юрьевское, Дмитровское, Галицкое, Стародубское, Ростовское, Угличское, Ярославское, Моложское, Белозерское и Московское.

Процессы, происходившие в других княжествах раздробленной Руси (например, в Новгородском или Рязанском) будут рассматриваться лишь в случае очевидного влияния или контакта с княжествами Северо-Восточной Руси, а также для проведения определенных аналогий.

«Всеи земли тишина»  для русских книжников была не чем-то абстрактным, а конкретным, «осязаемым» фактом. Летописцы очень четко находили словесные образы для выражения чувств. Так, если обратиться к событиями XIII века – произволу баскаков на Руси, то под 1284 годом мы найдем следующее выражение: «и хлебъ во уста не идяшет от страха». Да и в самом словосочетании  «Великая Тишина»  все еще звучит страх перед татарином. Это было следствием еще не полного освобождения от идеологии, по которой иноземное  иго воспринималось как наказание Божие за грехи, которое надо терпеливо сносить.  Может быть, именно благодаря покорности московских князей ханам и наступила Великая Тишина. И все же – это новая страница в истории России, поэтому мы и рассматриваем ее как отдельный период.

Попытаемся выделить основные факторы, обусловившие наступление Великой Тишины.

1) Личностный фактор.

Поскольку государственную политику определяет узкий круг людей, стоящих у власти, то от таких лиц как Иван I, Симеон Гордый и хан Узбек бесспорно зависело то, как будут развиваться события.

Иван I. За время своего великого княжения четыре раза ездил в Орду для заверения в своих верноподданических чувствах и принесения богатых подарков (речь об этом пойдет ниже). Примеру своего отца следовали и Симеон Гордый с Иваном Красным, спешившие явиться в Орду в моменты обострения обстановки (свержение ханов, потери доверия Великому князю и т.п.). Здесь же следует отметить, что простых поездок было бы не достаточно, была необходима также глубоко продуманная стратегия по отношению к ханам. Так, когда в Твери Александр Михайлович убил посла Шевкала (двоюродного брата Узбека), то Иван I тут же  поспешил в Орду для отклонения ханского гнева от Московской земли и, по мнению некоторых исследователей, даже сам проводил татарскую рать к Твери. Впрочем, следует отметить, что Иван Калита ошибок, подобных Тверским не совершал. На политике Владимирских князей мы остановимся подробнее в первой главе.

2) Экономический фактор.

Его можно рассматривать как минимум в двух аспектах, а именно: Орде было выгодно получать постоянные фиксированные выплаты и частые богатые дары, не утруждая себя набегами на подчиненную территорию. Действительно, какой смысл отбирать деньги силой, когда их предлагают отдать даром.  С другой стороны, у Владимирских князей, в частности, у московских, появилась возможность удовлетворять корыстолюбивым запросам хана и его вельмож. Источники, из которых князья черпали средства были разными. Назовем сбор дани с богатого Новгорода, так называемый «черный бор» и поступление денежных средств от простых жителей. Тут прослеживается интересная закономерность: умелая политика московских князей отвела от Руси опасность татарских набегов, население вздохнуло спокойно, получив возможность восстановить свои хозяйства и как следствие – увеличились поступления  в великокняжескую казну. Увеличение доходов князя и было одной из главнейших причин 40-летней Великой Тишины.

В) Цели и задачи

Цели данной работы следующие:

  1. Определить роль Великой Тишины в политическом развитии Северо-Восточной Руси.
  2. Изучить динамику в социально-экономической жизни.
  3. Указать изменения в культурной сфере.

Для достижения поставленных целей необходимо решить ряд задач.

Во-первых, охарактеризовать значение поездок в Орду русских политических и церковных деятелей; взаимоотношения внутри треугольника сил: Русь – Орда – Литва; отношения между князьями,  сбор дани Великими князьями. Во-вторых, оценить социально-экономическое значение природных катаклизмов, эпидемий и т.д.; проследить действия Великих князей в социально-экономической сфере. В-третьих, проанализировать  события культурной жизни, затронутые используемыми в работе источниками: храмоздательство, литье колоколов, роспись храмов.

Г) Обзор источников

Данное исследование опирается на два источника: Новгородскую Первую младшего извода  и Симеоновскую летописи.

Новгородская первая летопись младшего извода представлена тремя списками: Комиссионным, Академическим и Толстовским, из которых лучшим является Комиссионный, датируемый по палеографическим данным серединой ХV века. Как пишет Д. С. Лихачев,  «Комиссионный список писан двумя почерками. Основной протограф его доходит до 1432 года и представляет собою свод, составленный на основании Синодального списка и Софийской летописи Владычнего двора… Свод 1433 года был переработан по Новгородско-Софийскому своду («своду 1448 г.»), причем текст до 1439 года взят из дополнений к этому своду».

Комиссионный список находится в рукописи археографической комиссии и хранится в Санкт-Петербургском филиале Института Российской Истории РАН под № 240.

Симеоновская летопись введена в научный оборот А. А. Шахматовым в 1900-м году и представлена одним списком. Она была найдена им среди дефектных рукописей Библиотеки Академии Наук. Летопись включена в исторический сборник, который в основной своей части относится к 1-ой половине XVI века. В интересующей нас части этой летописи, за исключением 1361 – 1364 годов представлена сгоревшая в 1812 году Троицкая летопись. Это придает Симеоновской летописи особую ценность, так как утраченная Троицкая представляла собой древнейшую московскую летопись (1409 г.).

В силу отмеченного выше обстоятельства в данной работе основным источником является Симеоновская летопись. Она, в отличие от Новгородской, отражает в основном события, произошедшие на территории Северо-Восточной Руси.

Д) Обзор литературы

Роль Великой Тишины в истории России исследована недостаточно. Трудно назвать хотя бы одно исследование, посвященное данному вопросу, поэтому приходится обращаться к систематическим изложениям русской истории. Предлагаемый обзор литературы, сгруппирован по хронологическому принципу.

Одним из основоположников дореволюционной исторической науки в России был Н. М. Карамзин. В своем труде «История государства Российского» Карамзин не рассматривает Великую Тишину как отдельный исторический период по той причине, что ведет свое повествование «по княжениям». Несмотря на это большое историческое значение данного периода не ускользнуло от его внимания. «Летописцы говорят, что с восшествием Иоанна на престол великого княжения мир и тишина воцарились в Северной России; что моголы перестали наконец опустошать ее страны и кровью бедных жителей орошать пепелища; что христиане на 40 лет опочили от истомы и насилий долговременных – то есть Узбек и преемники его, довольствуясь обыкновенной данью, уже не посылали воевод своих грабить великое княжение, занятые делами Востока и внутренними беспокойствами Орды или устрашаемые примером Твери, где Шевкал был жертвой ожесточенного народа. Отечество наше сетовало в уничижении, головы князей все еще падали в Орде по единому мановению ханов, но земледельцы могли спокойно трудиться на полях, купцы ездить из города в город с товарами, бояре наслаждаться избытком; кони татарские уже не топтали младенцев, девы хранили невинность, старцы не умирали на снегу».

Карамзин выделяет 3 основных аспекта Великой Тишины:

  • политический – временное прекращение вторжений татаро-монголов в Северо-Восточную Русь;
  • социальный – восстановление численности населения;
  • экономический – рост благосостояния общества и активизация торговых отношений.

Карамзин отмечет важность поездок великих князей в Орду, где богатыми дарами они, доказывая свою лояльность, утверждали спокойствие великого княжения. Также он указывает, что в самой Орде в данный период произошли глубокие изменения, которые затронули весь строй ее жизни: «Моголы, некогда ужасные своей дикостью в снежных степях Татарии, изменились характером на берегах Черного моря, Дона и Волги, узнав приятности роскоши, доставляемые им торговлей образованной Европы и Азии, уже менее любили опасности битв и тем более удовольствие неги, соединенной с грубой пышностью, обольщались золотом, как главным средством наслаждения. Любимцы прежних ханов искали завоеваний, любимцы Узбековы требовали взяток и продавали его милости, а князья Московские, умножив свои доходы приобретением новых областей и новыми торговыми сборами, находили ревностных друзей в Орде, могли удовлетворять алчному корыстолюбию ее вельмож и, называясь смиренным именем слуг ханских, сделались могущественными государями».

Карамзин определил основные особенности периода Великой Тишины, и его идеи в дальнейшем были развиты другими исследователями.

С. М. Соловьев в своем труде «История России с древнейших времен» по интересующему нас периоду ограничивается простым пересказом событий и кратким выводом, что Великая Тишина явилась следствием «усиления одного княжества, московского, за счет всех других».

По Соловьеву: «Предки наши представляли себе Калиту установителем тишины, безопасности, внутреннего наряда, который до тех пор постоянно был нарушаем…» .

В. О. Ключевский в своем «Курсе Русской истории» помимо вопросов, затронутых его предшественниками отмечает еще и психологическую сторону Великой Тишины: «В  эти спокойные годы успели народиться и вырасти целых два поколения, к нервам которых впечатления детства не привили впечатление безотчетного ужаса отцов и дедов перед татарином: они и вышли на Куликово поле».

В. О. Ключевский несколько по иному, чем Карамзин смотрит на политические последствия Великой Тишины; во время которой «Московский князь, став великим, первый начал выводить Северную Русь из состояния политического раздробления, в какое привел ее удельный порядок». Вслед за Карамзиным Ключевский отмечает начало позитивного для Руси процесса перехода политической инициативы от Орды к Русский князьям. В итоге этого процесса «Золотая Орда стала слепым орудием, с помощью которого  создавалась политическая инородная сила, направившаяся против нее же».

Д. И. Иловайский  в своей  книге  «Собиратели  Руси»  также  отметил значение Великой Тишины, выделив следующие ее стороны: «Благодаря наставшему в его (Ивана Калиты – Ю. М.) время сравнительно большому спокойствию, внутреннему и внешнему, московские волости стали скоро оправляться от прежних разорений: земледелие, торговля и промыслы оживились, а вместе с тем возросли и княжеские доходы В то же время Иловайский рассматривает передачу сбора дани в руки Московских князей как мощный фактор централизации и укрепления власти Москвы» .

Вслед за Карамзиным Иловайский признает частые поездки в Орду русских князей, богатые подарки и – как следствие – благорасположение ханов причиной и неотъемлемым условием спокойствия Северо-Восточной Руси. Находим у него и нечто новое: «Успеху московской политики также немало способствовал тот период единовластия, в котором находилась Орда при Узбеке и Джанибеке, когда ловкая политика Москвы, применяясь к известным характерам и обстоятельствам, имела достаточно времени, так сказать, наладить свое дело». Конечно, нельзя объяснять успехи московской политики лишь одним положением дел в Орде: «Благодаря Ордынским междоусобиям, русские начали мало-помалу безнаказанно бить самих татар, вмешиваться в их взаимные отношения и подготовлять способы свержения ига». Иными словами, в Орде все гладко – Москве на руку, в Орде «Великая Замятня» – это тоже очень хорошо. Более правдоподобно выглядит та точка зрения, что основы положительных изменений в Северо-Восточной Руси надо искать именно в ней самой, а не в Орде, хотя не стоит и отрицать связь внешнеполитического положения с внутренней  ситуацией.

Из советских исследователей необходимо отметить труды Б. Д. Грекова и В. А. Кучкина.

Б. Д. Греков в своем исследовании «Золотая Орда и Русь» фактически выражает ту же мысль, что и Ключевский: «Если в Золотой Орде вызревали элементы распада, то среди русских княжеств в это же время шел энергичный процесс образования сильного национального государства».

Греков приходит к мысли о том, что экономическая стабильность Русского улуса была необходима Золотой Орде: «Татарские ханы не случайно давали ярлыки на великое княжение самым богатым и владетельным русских князьям. Это условие было гарантией правильного поступления в Орду «выхода».

Так же у Грекова есть указание на то, что «в связи с ростом товарного хозяйства обнаруживалась потребность в более тесном общении раздробленных частей…» , правда не ясно, в каких фактах Греков усмотрел рост товарного хозяйства.

В монографии «Формирование государственной территории Северо-Восточной Руси в 10-14 веках». В. А. Кучкин делает вывод, что «В XIV в. в развитии территорий княжеств Северо-Восточной Руси происходят два противоположных процесса. С одной стороны, усиливается тенденция к объединению земель…, с другой стороны, продолжается процесс феодального дробления территорий княжеств.

Однако он приобретает своеобразные черты. Членение различных княжеств на уделы происходит таким образом, что учитывает необходимость политического единства.

Последнее достигалось выделением больших территорий старшему князю и коллективным владением определенным княжеским домом территорией своей столичной округи».

Из всего обилия послеперестроечной исторической литературы обратимся к  книге Н. С. Борисова «Политика московских князей (конец XIII – первая половина XIV в.в.»  Можно сказать, что именно эта монография явилась неким итогом развития исторической мысли по данному периоду. В ней он, в частности, касается вопроса взаимоотношений московских князей и киевских митрополитов, утверждая, что «роль митрополитов Петра и Феогноста в победе Москвы над Тверью и в стабилизации политической ситуации в Северо-Восточной Руси была значительно скромнее, чем принято думать». Борисов провёл большую работу с источниками, и привлёк к исследованию практически весь дошедший до нас материал по данному вопросу. С другой стороны, его работа охватывает только период конца XII – первой половины XIV веков, то естьлишь часть Великой Тишины. В то же время, весьма интересны мысли Борисова о том, что «первые Даниловичи строили московскую систему духовных ценностей» на основе «общехристианской, библейской и святоотеческой традиций … Символизм средневекового христианского мировоззрения позволял наполнить определённым идеологическим содержанием такие детали общезначимых строительных работ, как день закладки и освящения сооружения, посвящения храма и его архитектурные формы». Борисов отмечает следующий факт: если Великая Тишина для Северо-Восточной Руси началась в 1328 году, то для Московского княжества она началась несколько раньше – в 1307 г. «тишина, установившаяся по всей Северо-Восточной Руси с приходом на великое княжение Владимирское Ивана Калиты, была естественным продолжением той «тишины», которая взрастила могущество Москвы в первой трети XIV в». Рассматривая вопрос экономической политики московских князей, Борисов писал: «Наведя порядок на дорогах и усмирив произвол местных князей в городах, Иван Данилович заслужил благодарность купцов. В годы его княжения они вздохнули с облегчением. Торговля пошла в гору. Однако, судя по всему, князь не замедлил наложить и на купцов свою тяжёлую руку. Одной рукой расчищая им путь, он другой рукой душил их тяжкими налогами».

Экономический фактор наступления Великой Тишины раскрыт  Борисовым в другой книге: «Иван Калита». «Конечно, «великая тишина» существовала не только в воображении московских книжников. Это была политическая реальность, вселявшая надежду на перемены. Она стала возможной только благодаря тому, что князь Иван, а позднее его сыновья Семен Гордый и Иван Красный, сумели обеспечить полную и своевременную выплату ордынской дани с русских земель. Правители Орды ханы Узбек (1313-1341) и Джанибек (1341-1357) были вполне удовлетворены таким положением дел и не препятствовали постепенному усилению московского княжеского дома».

Особняком стоит исследование по Русской истории под названием «От Руси к России». Ее автор – Л. Н. Гумилев, ученый, этнолог и историю России он рассматривает с предложенной им самим теории этногенеза. Не будем вдаваться в подробности этой теории, так как тема нашей работы другая. Лишь отметим своеобразность предложенных Гумилевым трактовок исторических событий.

Так, он видит основную заслугу Ивана Калиты в том, что при нем «получил свое окончательное воплощение новый принцип строительства государства – принцип этнической терпимости». По мнению Гумилева, «на месте старой Киевской Руси возник совершенно новый этнос – великорусский, со своей этносоциальной системой – Московской Русью» , что отразилось и в названии новой общности – Святая Русь. Отмечает он и «колоссальные перемены»  в Орде, которые произошли в XIV столетии, находя им оригинальное объяснение: переход в новую фазу этногенеза – акматическую.

Необходимо сказать несколько слов о структуре нашей работы. Она состоит из введения, трех глав, девяти параграфов, заключения и приложения – хронологической таблицы.

Глава 1. Политическое развитие

Помимо развития внешнеполитических связей в данной главе будут рассмотрены и внутриполитические отношения (если возможно федерацию полунезависимых княжеств рассматривать как относительное целое).

§1.1. Поездки в Орду государственных и церковных деятелей

Как отмечено выше, поездки в Орду политических и духовных лидеров Руси имели определяющее значение в налаживании цивилизованных контактов с ханами. Следует отметить, что путешествия в Сарай-Бату (столица Золотой Орды) всегда было сопряжено с серьезными опасностями: разбой на дороге, переменчивость настроения ханов, дальность пути и так далее. По Новгородской и Симеоновской летописям можно проследить, что Иван Калита за время своего княжения был в Орде 4 раза, Симеон Гордый - 5  раз, Иван Красный - 1 раз (то есть за 29 лет – 10 поездок). Из этого можно сделать вывод, что Великие князья Владимирские примерно раз в 3 года ездили в Орду. Там они преподносили хану установленную дань, делали богатые подарки хану и его вельможам, с помощью которых добивались достижения определенных политических целей.

Продолжительность  отлучек русских князей из своих уделов установить достаточно трудно, так как дается или день отъезда, или день возвращения, но по одному эпизоду можно попытаться это сделать. Князь Симеон Гордый умер 26 апреля 1354 года. Дорога из Орды во Владимир у Ивана Красного заняла приблизительно период от праздника Крещения Господня 1355 года до конца марта, то есть около 2-х с половиной месяцев. Значит можно думать, что отлучка в Золотую Орду у русских князей составляла не меньше полугода. Отсюда видно, какое  большое значение придавали русские князья  политической поддержке Орды: только с ее помощью можно было получить Великое Княжение, защититься от притязаний соседей, обеспечить социально-экономическую стабильность. Иного выхода не было.

Следует особо отметить поездки в Орду русских иерархов. Такие путешествия предпринимались на много реже, чем княжеские и преследовали другие задачи. За сорокалетний период Великой Тишины известно три таких прецедента. Под 1333 годом Новгородская первая летопись сообщает о возвращении митрополита Феогноста из Константинополя и Орды, не указывая на причины его поездки.

В 1341 году умер хан Узбек и все князья в 1342 году отправились в Орду. Поехал туда и Феогност для подтверждения льгот, предоставленных русскому духовенству. «..И обадиша его Калантаи къ цесареви, ограбиша его, а самого яша и измучиша, а ркущи: «двай дань по летнюю, онъ ся в то не да, и положи посула 6 сот рублевъ и выиде на Русь здравъ».

Симеоновская летопись умалчивает об этом происшествии, отмечая лишь поездку митрополита. Из приведенного выше текста можно сделать вывод, что русское духовенство было освобождено от выплаты дани ханам, а также о большой заинтересованности русских митрополитов в сохранении капиталов внутри Северо-Восточной Руси.

Под 1357 годом в Симеоновской летописи содержится рассказ о поездке в Орду митрополита Алексия по просьбе царицы Тайдулы: исцелить ее глаза. Интересен сам факт того, что к русскому митрополиту обращается жена хана-мусульманина.

Из вышеизложенных фактов видно, что русские иерархи ездили в Орду как для подтверждения льготных грамот, так и для поддержания внешнеполитического спокойствия.

§1.2. Треугольник сил: Москва, Тверь и Орда

Выше были обрисованы политические контакты Северо-Восточной Руси с Ордой. Со второй трети 14 века начинаются постоянные контакты с формирующимся княжеством Литовским. В 1332 году состоялась свадьба Симеона Гордого с литовской княжной Августой (Анастасией) Гедеминовной.

Под 1335 годом Новгородская летопись сообщает о незначительных военных стычках между  Литвой и Новоторжской волостью.

Интересно, что князь Александр Михайлович бежит в 1329 г. от преследования хана Узбека и русских князей именно в Литву. Там он мог находиться в относительной безопасности, вблизи от родного Тверского княжества. После  стабилизации обстановки он приглашается псковичами к себе на княжение, причем Новгородская летопись употребляет выражение «из литовъскыя рукы». Ясно, что в Литве не без зависти смотрели на богатый Новгород. Об этом же свидетельствует та готовность, с которой литовский князь Наримонт соглашается на предложение новгородцев отдать ему в управление некоторые новгородские волости.

К 1348 году относится большая дипломатическая победа великого князя. Кнзяь Ольгерд обратился за военной помощью к хану Джанибеку. Узнав об этом, Симеон Гордый послал в Орду с обвинениями против Ольгерда своих бояр. Хан поверил Симеону и выдал ему литовских послов. Если можно так выразиться, Симеон убил сразу двух зайцев. С одной стороны он укрепил доверие к себе хана, признав русскую землю «царевым улусом», а с другой пресек возможные враждебные действия со стороны Литвы.

В 1349 году Ольгерд прислал Симеону богатые подарки с просьбой отпустить своих послов. Тогда же состоялись две свадьбы: между Любартом Волынским и ростовской княжной, а также между Ольгердом и Ульяной – дочерью Александра Михайловича Тверского.

В 1345 году литовский князь Евнутий был вынужден бежать из Литвы. Убежище он нашел в Москве, у князя Симеона, где принял крещение вместе со своей дружиной. Именно с начала 14 века начинается приезд в Москву неместных родов (не обязательно нерусских), что в дальнейшем привело к системе местничества (неместная знать вступала в конфликт с местными знатными фамилиями). Его корни нужно искать именно в этом периоде истории нашей страны.

Военная инициатива переходит к Литве в конце 1360-х годов, а именно во время междоусобия Тверских князей, когда князь Михаил Александрович призвал литовских наемников для борьбы с дядей и двоюродным братом.

Тогда кровопролития удалось избежать. В следующем 1368 году, который считается последним годом Великой Тишины, события получили иной оборот. По Симеоновской летописи, тверского князя Михаила заманили в Москву и там заточили. Узнав о приближении татарского посла Московский князь Дмитрий Иванович выпустил Михаила и тот в обиде удалился. Если описанные события достоверны, то московский князь совершил две большие ошибки: заключил тверского князя а затем выпустил его на свободу. Ясно представляя себе, что Михаил будет мстить, Дмитрий собрал войско и отправил его на Тверь. Михаил бежал в Литву. Вернулся он оттуда и литовским князем Ольгердом и его войском. На этом эпизоде заканчивается сорокалетний период относительного спокойствия Северо-Восточной Руси от иноземных набегов. Создается впечатление, что в один миг русские князья возвратились в начало 14 века с его княжескими усобицами, в которых принимали участие и внешние силы. Следует оговориться, что если явных иноземных вмешательств во время Великой Тишины действительно не было, то княжеские усобицы не прекращались.

§1.3. Отношения между князьями

По теме междукняжеских отношений в этот период издано огромное количество литературы, поэтому отметим лишь самое важное, основные моменты, которые прослеживаются по нашим источникам.

Князья в Орде рисковали расстаться как со своим имуществом, так и с жизнью. Причиной опалы со стороны хана могли служить и личная неприязнь, и интриги других князей. Так в Новгородской летописи под 1331 годом читаем: «Ходи князь Великый Иван в Орду; его же думою приславше татарове, позваша Александра и Василья Давыдовица Ярославского и всех князии в Орду». Далее говориться о том, что князь Иван Калита пытался захватить князя Василия Ярославского по дороге в Орду, но не смог этого сделать. Скорее всего в этом тексте отразилось отрицательное отношение новгородцев к Ивану Калите из-за его экономической политики. Но вот другой случай из жизни муромского князя. В 1355-м году князь Феодор Глебович с помощью военной силы отнял Муромское княжество у Юрия Ярославича (возродившего этот далекий край) и отправился в Орду за ярлыком. Вслед за ним поехал и Юрий, но похоже денег оказалось больше у Феодора: Юрия выдали Феодору и он вскоре скончался в заключении.

Сам собой напрашивается вывод: русские князья использовали авторитет Золотой Орды в своих целях, направляя ее силу в нужное им русло.

Сразу же бросается в глаза, что в своих конфликтах князья Северо-Восточной Руси с 1328 года (Федорчюкова рать) не обращались за военной помощью к татаро-монгольским ханам. Во многом это было связано с падением роли Твери и доминированием в данном регионе московских князей. Кроме этого мы видим и рост сознательности князей – все споры переносятся с русских территорий в Сарай, из физической сферы в сферу политическую. Можно хотя бы вспомнить события 1339 года (убийство  князя Александра Тверского) или 1360-1364 годов, когда в Орде шла борьба с переменным успехом за Великое княжение между Дмитрием Ивановичем Московским и Дмитрием Константиновичем Суздальским.

Начало и конец Великой Тишины охарактеризовались активными междукняжескими конфликтами, тогда как период примерно с 1339 года по 1359 год знаменателен ярко выраженной политической однополярностью. После смерти в 1359 году Великого князя Ивана II, Великое княжение получил Дмитрий Суздальский, но по причине постоянных смут в Орде не смог его долго удерживать. Междоусобия в Суздальской земле отвлекли его от Великого княжения, которое он отдал за военную помощь Дмитрию Московскому.

Подводя краткий итог нельзя не отметить, что эгоцентричная политика Москвы была, безусловно, благом, о чем свидетельствуют выше приведенные факты.

§1.4. Сбор дани

Обратимся к данническим отношения русских князей по отношению к Золото-Ордынским ханам. В наших источниках всего три раза упоминается сбор дани великим князем с подвластных ему территорий: первый случай связан с требованием Ивана Калиты у новгородцев «Серебра Закамского» в 1332 году. Как известно, Новгородская республика платила в виде выхода в Орду так называемый «Черный бор» – дань, собираемая раз в восемь лет с Торжка. «Закамское Серебро» новгородцы раньше собирали в свою казну и поэтому очень удивились такому требованию. Самая естественная реакция – отказ. Иван Калита вряд ли ожидал моментального согласия. Его действия: взятие Торжка, Бежецкого верха; в следующем году, закрепление в Торжке «со всеми князи низовскими». Далее новгородцы попытались откупиться 500 рублями, но когда не подействовало и это, пригласили литовского князя Наримонта для управления некоторыми обширными новгородскими волостями. Это на Калиту подействовало и он пошел на мировую.

Подобная ситуация повторилась в 1339 году, правда здесь уже новгородский летописец приводит аргументацию Ивана Калиты: « А еще даите ми запросъ цесаревъ, чого у мене цесарь запрошалъ». После отказа новгородцев следует очередной разрыв, но Калита не успевает предпринять сколько-нибудь значительные действия – в 1340 году он умирает.

Третий эпизод относится к началу правления князя Симеона. Его можно рассматривать и как продолжение конфликта, начатого при Иване Калите. Симеон начал активно собирать деньги с Торжка, на что новгородцы возроптали: «еще не сед у нас на княжении, а уже бояре твои деют силно». Не дождавшись помощи от Новгорода, жители Торжка признали притязания Симеона Гордого. Под угрозой применения силы пошли на мировую и новгородцы: «А князю даша боръ по волости, а на новоторжцех 1000 рублевъ». Не понятно, что означает 1000 рублей с новоторжцев – контрибуция или «черный бор», но как бы то ни было, цифра значительная по тем временам.

Подведем краткий итог данническим отношениям Новгорода к Великому князю: на протяжении периода Великой Тишины великий князь пытается собирать дань большую, чем установлено, а новгородцы этому всеми силами противятся. Решение этого спора будет достигнуто не в XIV веке, а через столетие, при Иване III.

Глава 2. Социально-экономические отношения

Задача данной главы заключается в том, чтобы проследить динамику (или констатировать ее отсутствие) в экономических отношениях, оценить социальные процессы, охарактеризовать княжескую позицию в данной сфере.

§2.1. Социальные катаклизмы

Период средневековья богат как демографическими взрывами, так и большими социальными потрясениями. Не была исключением и Северо-Восточная Русь. Из Симеоновской летописи известно, что за период Великой Тишины произошло 6 крупных пожаров в Москве, а также несколько вспышек эпидемий на локальных участках. Также упоминаются голодные годы, паводок и т.п.

Большей частью пожары были в первой половине интересующего нас периода: в 1331 году – пожар в Московском Кремле , в 1335 году – пожар в Москве, Вологде и Витебске , в 1337 году огонь поглотил 18 церквей в Москве (3 июня) , в 1343 году – в Москве сгорело 28 церквей, причем летописец добавляет: "« пятонадесятое лето бысть се уже четвертый пожар великий на Москве"».

Как видим, если в политической сфере можно говорить в какой-то степени о Великой Тишине, то в сфере социальной этого делать не стоит. Летопись упоминает еще о двух пожарах в Москве – в 1355 году, когда сгорело 13 церквей  и в 1365 году, который получил название «Всесвятского», так как начался с церкви Всех Святых. По поводу этого пожара летописец пишет, что сгорела вся Москва и подобного бедствия не было никогда.

Интересно, что летописец оценивает величину пожара по количеству сгоревших церквей. Скорее всего это связано с тем, что храмы в старой Москве находились на каждой улице, приходы были приблизительно равны между собой и читателю не составляло труда представить себе размеры бедствия.

Эпидемии – одна из самых серьезных социальных проблем средневековой Руси. В обстановке антисанитарии гибло огромное количество людей. Во время Великой Тишины Северо-Восточную Русь эпидемии посещали дважды: в 1352-1354 годах и в 1364-1366 годах.

В 1352 году так называемая Черная Смерть пришла в Псков и Новгород , а оттуда распространилась по остальной территории Руси. Летописи ничего не сообщают об эпидемии в 1352 году в Москве, однако вряд ли можно признать случайной смерть почти в одно время великого князя Симеона, митрополита Феогноста, двух сыновей Симеона – Ивана и Семена, князя Андрея Ивановича.

Вторая эпидемия, охватившая большую часть Северо-Восточной Руси описывается в Симеоновской летописи. Сначала мор распространился в Нижнем Новгороде и Переяславле, а через короткий промежуток времени – в Коломне и в Москве.

В такие кризисные моменты как эпидемии и пожары, проявлялось истинное лицо русского народа. Все позитивные и негативные стороны получали свое наибольшее выражение (Н. I Л. М., л. 210 л. 208). Одни люди пребывали молитве, постригались в монашество, продавали имущество и раздавали его бедным, другие (их было меньшинство) спешили поживиться  за счёт других и грабили вынесенное во время пожара.

Народные бедствия не ограничивались эпидемиями и пожарами. В 1332 году «бысть меженина велика въ земли Русской, дороговъ и гладъ хлебный и скудота всякого жита» (С. Л., л. 163).

Выше было показано, что в Северо-Восточной Руси в социальной сфере было не так все тихо, как можно было бы думать. Как верно было замечено большинством исследователей, лишь в одном жизнь на Руси стала спокойной – в течение сорока лет ни одна иноземная рать не совершила нападения на ее территорию. Это, естественно, было большим стимулом к развитию.

§2.2. Действия власти в социально-экономической сфере

В списке русских князей, находящимся в рукописи Археографической комиссии перед комиссионным списком Новгородской первой летописи про Ивана Калиту сказано следующее: «иже исправи Русьскую землю от татей и от разбойникъ».

Чем, если не этим, объяснять неожиданно возросшие возможности великокняжеской казны? В этом мы вполне согласны с исследователем Борисовым .

Помимо рассмотренного в 3 главе храмоздательства московские князья за период Великой Тишины два раза возводили кремлевские стены (к 1339 году – дубовые, к 1367 – белокаменные).

Княжеская экономическая политика вполне четко проявилась в 1366 году, когда 150 человек из Великого Новгорода по Волге спустились к Нижнему Новгороду, где избили восточных торговцев – татар, мусульман, армян. Вслед за ними по тому же маршруту отправилась следующая группа и благополучно возвратилась обратно. Реакция великого князя последовала незамедлительно: «И князь великий Дмитреи Ивановичь про то разгневался на новгородци и разверже миръ с новымъ городомъ съ Великимъ, а ркучи тако: «за что естя ходили на Волгу воевати, и госте моихъ ограбили много?». После соответствующих переговоров  Дмитрий Иванович примирился с новгородцами и послал своего сына туда наместником. Здесь важен тот факт, что великий князь отвечает за безопасность торговцев на своей территории и готов применить даже военные меры для соблюдения их интересов, прекрасно понимая, что без купцов нет и экономики.

По причине небольшого числа фактов динамику в развитии экономических отношений в полной мере установить не удалось, ясно лишь, что доходы великого князя возрастали и торговое сословие было в относительной безопасности.

В социальной сфере больших перемен также не зафиксировано, исключая, конечно же, безопасность от вражеских набегов.

Глава 3. Культурная жизнь.

§3.1. Храмоздательство

В духовной сфере источники больше всего внимания уделяют храмоздательству. В отличие от богатого Новгорода и его окрестностей (там за 40 лет было построено 17 каменных и огромное количество деревянных церквей), в московском княжестве за период Великой Тишины было воздвигнуто всего 4 каменных храма (по крайней мере именно столько упоминается в исследуемых нами источниках).

Если выйти за пределы периода 1328-1368 годов, то чуть ранее – в 1326 году была заложена церковь  Успения Пресвятой Богородицы – в будущем знаменитый Успенский Собор. Сразу же за ней строятся: в 1329 году церковь св. Иоанна Лествичника , в 1330 г – церковь Спасо-Преображения (там же) и в 1333 году – церковь св. Архангела Михаила.

За этим следует длительный перерыв, лишь при Симеоне Гордом в 1350 году строится каменный придел к церкви Спасо-Преображения , а при Дмитрии Донском в 1365 году воздвигается церковь св. Михаила Архангела в честь чуда его в Хонех.

Москве, чтобы стать лидером в объединении Северо-Восточной Руси было необходимо показать, что она этого звания достойна. Сложно представить  переезд Русских митрополитов из Владимира в Москву без создания в ней надлежащих условий, одно из главных – наличие подходящего кафедрального собора. Иван Калита и его дети не ставили перед собой амбициозных задач, решая лишь первоочередные.

Необходимо признать, что новыми храмами московские князья вряд ли могли порадовать ордынских ханов. В связи с этим, Иван Калита и его дети, удовлетворив неотложные запросы духовной и, в некоторой степени, политической жизни в последующем отдавали свои силы решению других задач, рассмотренных в первой главе данной работы.

Что касается сроков сооружения храмов, то они обычно занимали не более года. К примеру, церковь св. Иоанна Лествичника – менее 4-х месяцев. Соответственно срокам строительства и возможностям Московского князя и размеры первых каменных храмов были небольшими.

§3.2. Роспись храмов

Если Иван Калита закладывал будущее могущество Московского государства постройкой храмов, то его сын Симеон эти храмы завершал: достраивал приделы, расписывал фресками. Под 1344 годом в Симеоновской летописи находим известия о начале росписи двух московских храмов: Успения Пресвятой Богородицы и св. Архангела Михаила.

Интересно, что в росписи участвовали как греческие художники (которых привез с собой из Константинополя митрополит Феогност), так и иконописцы великого князя Симеона. Летопись называет главных из них: Захарий, Иосиф, Николай.

Русские иконописцы расписывали большую по размерам церковь св. Архангела Михаила. Из того, что главный храм – Успенский – доверили грекам, а не русским можно сделать вывод: первым больше доверяли в силу субъективных причин (опыт, авторитет и др.) Такое положение продлится относительно недолго: русские оказались достойными учениками Византии, создав свою собственную художественную школу на рубеже XIV-XV веков (Андрей Рублев, Дионисий). В 1345 году начали по повелению жены Симеона Гордого Анастасии расписывать церковь Спаса-Преображения. Главой иконописной артели был неизвестный ранее Гойтан. Закончили роспись этого храма и церкви св. Иоанна Лествичника в следующем, 1346 году. Следует обратить внимание на то, что роспись каменных московских церквей (как и их строительство) производилась не постепенно, а в короткий промежуток времени, «рывками». Думается, причины этого следует искать как в экономическом состоянии московского княжества, так и в технической организации дела. Для постройки храмов нужно привезти камень, нанять строителей, для росписи – бригаду иконописцев. Естественно, что легче сделать это в один прием.

§3.3. Литье колоколов

В используемых нами источниках имеется два упоминания о некоем мастере Борисе из Москвы, который занимался литьем колоколов. В 1342 году новгородский архиепископ решил отлить большой колокол для храма св. Софии. Для этого он нашел в Москве «человека добра, именем Борис».

Через 4 года тот же мастер Борис отлил в Москве 3 больших и 2 малых колокола. Причем выражение летописца: «князь Великий Семенъ и брат его Иванъ и Андрей, милостию Божиею и молитвами святыя Богородица, и  помощью святого архааггела Михаила, мастерю Бориско  слилъ…»  свидетельствует о значительности данного события.

То, что у русских князей хватало средств помимо всего прочего и на литье колоколов, говорит о  возросших поступлениях в княжескую казну. Из сказанного выше вытекает следующее: вопросы в духовной сфере решались по мере их поступления, рывками, в масштабах, соответствующих возможностям формирующегося государства.

Заключение

В процессе работы были достигнуты определенные цели и решены поставленные во введении задачи. Общие выводы таковы.

В политическом развитии Северо-Восточной Руси большую роль играла позиция Золотой Орды. Русские государственные и церковные деятели, понимая это, много сил отдавали поддержанию с Ордой цивилизованных контактов. Постепенно в политической жизни Руси появлялась третья сила – Литва, с которой Московское княжество конкурировало в собирании Русских земель. Тверское княжество было сломлено Федорчюковой ратью в 1328 году и смогло оправиться лишь в конце периода Великой Тишины, что явилось одной из причин усиления Московского княжества. В даннических отношениях Новгорода Великому князю проявилось желание последнего увеличить размер поступлений в свою казну.

Динамика социально-экономической жизни Северо-Восточной Руси имела скрытый характер, однако позитивные изменения, естественно, были. В работе прослежены действия власти в социально-экономической сфере. Отсутствие такого явления, как вражеские набеги, также позитивно влияло на развитие жизнь общества.

Вопросы духовной сферы Великие князья решали в порядке очередности, что вполне согласуется с материальными возможностями Московского княжества. То, что до начала княжения Ивана Калиты на Северо-Восточной Руси почти целое столетие не строили каменных храмов, а с его приходом и наступлением Великой Тишины построено сразу пять, говорит само за себя.

В целом же, по значению внутренних процессов, происходивших в Северо-Восточной Руси, Великая Тишина сопоставима с царствованием Ивана Грозного или княжением Ивана III Васильевича.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

1.  Новгородская первая летопись младшего извода // Полное собрание русских летописей. Т. 3., М., 1999, с. 341-370.

2.  Симеоновская летопись//  Полное собрание русских летописей, Т. 18. СПб, 1913

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1.  Борисов Н. С. Иван Калита. М, 1995.

2.  Борисов Н. С. Политика московских князей (конец XIII – первая половина XIV в.в. М., 1999 // Труды истор. ф-та МГУ: вып. 4, сер. 2. Истор. исследования: 1.

3.  Греков Б. Д. «Золотая Орда и Русь» М.-Л., 1950.

4.  Гумилев Л. Н. От Руси к России: очерки этнической истории. М., 1994.

5.  Дьяченко Г., прот. Полный церковно-славянский словарь. М., 2000, (репринтное воспроизведение издания 1900).

6.  Иловайский Д. И. Собиратели Руси. М., 2003.

7.  Иловайский Д. И. Рязанское княжество. М., 1997.

8.  Карамзин М. Н. История государства Российского. М.,1993, т. 4-5.

9.  Ключевский В. О. «Курс Русской истории». Ч. 2// соч. в 9 томах. М., 1988.

10.  Кривошеев Ю. В. Русь и монголы. СПб., 2003.

11.  Кучкин В. А. Формирование государственной территории Северо-Восточной Руси в Х-ХIV вв. М., 1984.

12.  Кучкин В. А. Земельные приобретения московских князей в Ростовском княжестве в XIV в. // Восточная Европа в древности и средневековье. М., 1978.

13.  Лимонов Ю. А. Владимиро-Суздальская Русь: очерки социально-политической истории. Л., 1987.

14.  Литература Древней Руси. Библиографический словарь. Сост. Л. В. Соколова. М., 1996.

15.  Лихачев Д. С. Русские летописи и их культурно-историческое значение. М.-Л., 1947.

16.  Макарий (Булгаков), митр. История Русской Церкви. Т. 4-5. М., 1995.

17.  Славянская энциклопедия. Киевская Русь – Московия. В 2 т. Автор-составитель В. В. Богуславский. М., 2001.

18.  Соловьев С. М. «История России с древнейших времен». Т. 2// Соловьев С. М, Сочинения в 18 книгах, книга 2. М., 1988.

19.  Шахматов А. А. Разыскания о русских летописях. М., 2001.

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

С.Л. – Симеоновская летопись

НIЛМ – Новгородская первая летопись младшего извода (по Комиссионному списку).


Автор: Макарцев Юрий Максимович. Москва, 2005 г.

Главная | Разное | Форум | Контакты | Доклады | Книги | Фильмы | Источники | Журнал |

Макарцев Юрий © 2007. Все права защищены
Все предложения и замечания по адресу: webmaster@historichka.ru